Бунт против “власти перемены”, или Отрава школьной травли

В одной из киевских школ десятиклассники «распяли» сверстника, примотав его скотчем к шведской стенке, и отхлестали по лицу. Сцену сняли на мобильный телефон и выложили в Интернет. Аналогичный случай произошел в одном из поселков Днепропетровской области: подростки поставили на колени одноклассницу и принялись избивать, документируя расправу видеосъемкой.

Дикий случай «виртуального» издевательства, последовавшего за издевательством реальным, произошел на Западной Украине. Одноклассники создали фальшивую страничку своей жертвы в социальной сети, писали и рассылали от ее имени непристойные предложения, помещали снимки с мобильного в двусмысленных позах. Это стало последней каплей для впечатлительного подростка — девочка повесилась. К моменту, когда дело дошло до милиции, проявившей полное равнодушие к происходящему, злополучная страничка была удалена.

Подобные эпизоды становятся типичной практикой школьной травли в ХХІ веке (по статистике, такой травле регулярно подвергаются до 10% учеников — свой отверженный есть почти в каждом классе). Хотя с ростом технического прогресса издевательства частично переходят в виртуальную плоскость — мир чатов, форумов и соцсетей, становится более «интерактивным», психологические механизмы травли не меняются с доисторических времен.

Между полусемейной атмосферой начальной школы и переходом ко взрослости в выпускных классах лежат темные годы подростковости, буйства гормонов и довления первобытных инстинктов. В этот период дети ощущают себя особенно уязвимо и неуверенно. И чтобы избавиться от этого дискомфорта, им важно почувствовать свою принадлежность к какой-либо группе. «Мир урока», более-менее структурируемый учителем, и «мир перемены», когда подростки предоставлены сами себе, далеки друг от друга, как космос и хаос. Группа школьников, отданная во власть перемены, — это стая, в которой есть вожак, иерархия «приближенных» и отверженные. Как писал швейцарский психолог Аллан Гуггенбюль, это особый мир со своими ценностями, не имеющий ничего общего с миром взрослых. Интегрируясь в «стаю» и поступаясь личными убеждениями во имя ее законов, ребенок чувствует себя защищенным; более того, «стая» дарит пьянящее ощущение власти и возможности диктовать свою волю другим — в том числе взрослым. По отдельности эти дети искренне признают, что обижать других — плохо. Но вновь очутившись в группе, тут же об этом забудут.

Как правило, травлю инициирует неформальный лидер класса. Психолог Вадим Деркач характеризует его как достаточно активного, агрессивного, способного устанавливать и поддерживать большое количество связей. Кроме того, «вожак» весьма чувствителен к соблюдению норм, установившихся в данной группе, и направляет острие атаки на тех, кто этим нормам не соответствует.

Некоторые школьники из-за особенностей своего поведения (так называемой виктимности) больше других рискуют оказаться в роли жертвы. Как правило, объект травли — ребенок неагрессивный, боязливый, зависимый от любви и одобрения окружающих. Поводом для «буллинга» (от англ. bullying — запугивание, третирование) может быть любой признак, выделяющий его из основной массы: социальный статус семьи или национальность, особенности внешности, нестандартная одежда или привычки, легко поддающаяся коверканью фамилия или «непрестижное» хобби. Впрочем, даже спортсмен, который проучился в классе лет семь и все это время пользовался всеобщим уважением, может однажды прийтись не ко двору. В немилость может впасть как слишком «серая мышка», так и яркая, стремящаяся выделиться индивидуальность. Издевательства над ребенком могут длиться годами, а если их удается прекратить, группа тут же находит себе другой объект.

«Руки прочь от моего мальчика!»

Родители ребенка, оказавшегося аутсайдером, обычно совершенно не подготовлены к такому повороту событий. Хотя уверены, что легко справятся. Зачастую они совершают действия, которые кажутся логичными, но на самом деле только усугубляют ситуацию.

Идут в школу разбираться. Побывать в школе и поговорить с педагогами — первое, что приходит на ум многим. Однако не ждите, что такой визит сразу все решит. Учителя обычно в курсе, какая ситуация сложилась в классе, но не хотят и/или не могут ее изменить. В конце концов, они тоже люди, притом люди с очень маленькой зарплатой, вредной работой и множеством личных п

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.